Растущее использование воды на промышленные и бытовые нужды еще больше ограничивает возможности орошения и вынуждает страны с быстро растущим населением импортировать зерно. В конце 90-х годов 34 страны с “напряженным водным балансом” в Африке, Азии и на Ближнем Востоке имели меньше 1700 кубических метров воды на жителя в год и ежегодно импортировали около четверти всего продаваемого на мировом рынке зерна — примерно 50 млн.т.
В целом, по оценкам Международного Института водного хозяйства, уже в 2025 году миллиард человек будут жить в странах с абсолютным дефицитом воды. Даже при более высокой эффективности ирригации они не смогут поддерживать душевое производство продовольствия на орошаемых землях на уровне 1990 года и обеспечивать водой промышленные, бытовые и экологические нужды. Им придется импортировать продовольствие, если это вообще будет возможно. А к 2050 году число людей, испытывающих нехватку воды, будет намного большим.
Есть ли выход из тупика?
В целом успехи мирового производства продовольствия во второй половине XX века неоспоримы, но так же неоспоримо и то, что из-за стремительного роста населения мировая продовольственная проблема остается нерешенной. “Из 4,4 миллиарда человек в развивающихся странах… около пятой части страдают от калорийной и белковой недостаточности, причем еще более распространенным является дефицит питательных микроэлементов, в частности, 3,6 миллиарда человек испытывают дефицит железа в организме, причем 2 миллиарда из них страдают анемией. И это несмотря на то, что бедные семьи тратят не менее половины своего дохода на продукты питания”.
Сейчас все страны можно разделить на три группы. Многие европейские государства, США, Канада, Австралия не только надежно обеспечивают себя продовольствием, но и экспортируют его. Возможно, они могли бы производить и больше и ввозить продовольствие в страны, испытывающие его нехватку, если бы эти страны были способны платить за него. Страны второй группы, включающей Японию, Сингапур, часть европейских стран и арабские государства — производители нефти, не обеспечивая себя продовольствием, достаточно богаты, чтобы закупать его в странах-экспортерах. Но две трети населения мира — около 3,8 миллиарда человек — живут в странах третьей группы, в которых одновременно не хватает продовольствия и доходы слишком низки, чтобы его импортировать. И именно в этих странах население растет особенно быстро.
Иногда думают, что именно неравенство между странами и регионами — главная причина голода и недоедания и что продовольственную проблему можно решить за счет более равномерного распределения имеющихся ресурсов между ними. На самом деле это иллюзия, потому что сейчас, как и 50 лет назад, продуктов питания производится недостаточно в среднем на одного жителя Земли.
По оценкам, чтобы обеспечить почти 8 миллиардов людей, которые, согласно прогнозам, будут жить на Земле в 2025 году, и улучшить их пищевой рацион, мир должен удвоить объемы производства продовольствия. Экономисты, ученые, политики ломают голову над тем, как решить эту задачу.
![]()
Рисунок 8. Число недоедающих по регионам мира, миллионов человек. 1995–1997 г.г.
Заведомо ясно, что она не может быть решена на базе традиционных низкоэффективных методов хозяйствования. Требуется повсеместное внедрение современных сельскохозяйственных технологий, основанных на широком применении машин, удобрений, новейших методов ирригации и пр. В бедных аграрных странах для этого нет достаточных ресурсов. А чтобы они появились, эти страны должны модернизироваться, развить собственную промышленность, систему образования и подготовки кадров, здравоохранение, одним словом, все то, что уже существует в странах более богатых — вместе с их потребностями. А это не может не привести к еще большей конкуренции за ограниченные ресурсы.
К тому же вовсе нет уверенности, что, став доступным экономически, внедрение эффективных сельскохозяйственных технологий приведет к решению продовольственной проблемы. Сейчас уже хорошо известно, что применение таких технологий нередко вызывает непредвиденные последствия и порождает новые трудности. Скажем, применение удобрений и пестицидов, необходимое для повышения урожайности, приводит к нарушению экологического баланса, вследствие чего возникают новые болезни и вредители растений. И в любом случае быстрое наращивание производства продовольствия в условиях общей бедности будет иметь своим следствием растущую нагрузку на все естественные ресурсы планеты, подводя их к границе полного истощения. При этом речь идет не только о тех ресурсах, которые используются непосредственно для производства и потребления, имеют явную экономическую ценность, могут присваиваться в больших или меньших размерах, менять собственника и т. д. (пахотные земли, источники пресной воды, ископаемого топлива, сырья и т. п.}. Под угрозой находятся неделимые ресурсы планеты — ее климатический баланс, защитный озоновый слой, созданное миллионами лет эволюции биологическое разнообразие форм жизни. Эти ресурсы не принадлежат никому и не имеют явной экономической ценности. Но без них жизнь на Земле невозможна.
Так есть ли выход из мирового продовольственного тупика?
Пока этот вопрос остается без ответа.
Путь к сингулярности
Павел Васильев (MEMBRANA)
Экспоненциальный рост достижений в области высоких технологий, таких как микроэлектроника, кибернетика, бионика и робототехника даёт основание полагать, что мир в своём технологическом развитии движется к определённой эволюционной асимптоте, некоторой точке на оси времени, при приближении к которой ряд ключевых показателей прогресса стремится к бесконечности.
Эта прогнозируемая точка эволюции называется точкой сингулярности и связывается главным образом с развитием нано-, био-, инфо- и когнитивных технологий.
Будут ли темпы роста достижений в зоне близкой к сингулярности и дальше соответствовать проявляющимся сейчас эмпирическим законам развития или в какой-то момент наступит резкий перелом и произойдёт переход эволюции разума на новую ступень?
Можно ли ускорить наступление сингулярности? Какие могут быть последствия в социальном плане? Попытаемся найти ответы на эти вопросы.
Введение
Как это ни парадоксально, но “взрыв” сингулярности и последующий эволюционный скачок при определённых обстоятельствах могут произойти на достаточно коротком отрезке времени. Ситуация в чём-то может напоминать предрекаемый библией Армагеддон, как место решающей битвы между силами добра и зла в день страшного суда в преддверии апокалипсиса.
На складывающуюся ситуацию будет оказывать влияние множество факторов, и в зависимости от обстоятельств “конец света” станет либо просто несостоятельной метафорой, либо в какой-то мере пророческой явью. В пресловутый “судный день” степень тяжести приговора Homo Sapiens “в зале суда” будет зависеть от успеха или неудачи программно-технической реализации джинна автономного интеллекта, выпущенного из “бутылки” на свободу его разработчиками.
И главную роль сыграет степень дружественности интерфейса более совершенного интеллекта к своему менее смышлёному примитивному прародителю. Автономное ядро интеллекта станет руководствоваться всеми теми правилами поведения, хорошими или плохими, рациональными или иррациональными, которые в него вложат его создатели. Будет ли этот грядущий день на пути к сингулярности “роковым” или, наоборот, “счастливым” для людей? Если не пытаться предугадать ход событий и не влиять на них теперь, то потом решать что-либо будет, наверное, слишком поздно.
